Когда-то деревня Койвусельга, что располагалась рядом с Койриноя, была чудесным местом. Там было все – школа, магазины, почта, Дом культуры и даже свой банк! Местные жители много трудились, с увлечением учились, ездили в Питкяранту, чтобы прикупить что-то особенное. А одним из обязательных романтических ритуалов для молодежи, особенно для влюбленных парочек, были прогулки на пристань.

Ведь там раньше был еще и порт, причем с таким глубоким фарватером, что в него заходили большие корабли, странствующие по северным морям! Одна из парочек тоже ходила встречать корабли. Девушку звали Нина Миронофф, а парня Херман Хукканен. Они поженились, и в 1937 году у них родилась дочка. Свою малышку они назвали красивым именем Синикка.

Детская память

Девочку очень любили в большой семье, состоявшей из несколько поколений. А уж дедушка свою внучку просто обожал! И, возвращаясь из очередной поездки в Питкяранту, всегда привозил ей гостинцы. Да и остальные родственники к молодым с пустыми руками не приходили. Сладости, лучшие фрукты, маленькие подарочки – всем хотелось побаловать девчушку, глазенки которой всегда радостно светились. Синикка подрастала, была веселой и подвижной - такой же, как все детки, рожденные в Койвусельге.

Началась Зимняя война. И сразу закончилось счастье тех финских семей, что населяли здешние места. 6 декабря 1939 года деревня опустела – жителям было приказано срочно ее покинуть. Закрылись двери поезда, и семья Хукканен отбыла в Финляндию. А через три года Синикка с мамой вернулись на родину. Деревня была разгромлена, от отчего дома ничего не осталось – одни руины вокруг. Среди тех немногих домов, что уцелели, был дом тетушки Синикки, который стоял на самой окраине. Потом его разобрали и перевезли в Койриноя.

С того памятного лета 1942 года, когда они с мамой приехали в Койвусельгу, начинаются собственные воспоминания Синикки. На камнях, что когда-то служили фундаментом для сауны, ее мама построила маленький домик – что-то вроде времянки. И детская память Синикки хранит Рождество 43-го, которое они встречали в том домишке. Но уже через год им пришлось снова уехать, уже навсегда.

Увозили с собой жгучую боль от расставания с родиной, ощущение полной несправедливости и снимки разрушенной деревни. Когда рассаживались по вагонам, какой-то репортер запечатлел это на камеру. Потом в одной из финских газет был опубликован снимок людей, покидавших Карелию в те дни. Среди них были и Синикка с мамой.


Переселенцы

Семья Синикки уехала на другой конец Финляндии, на самый запад, к берегу Ботнического залива. Коренное население относилось к переселенцам по-разному. Кто-то - вполне доброжелательно, а кто-то злословил по поводу явившихся без приглашения «русских финнов».

Синикке пришлось сменить несколько школ – семья часто переезжала с место на место, пока не нашлось то, подходящее, где и обосновались окончательно. Всех переселенцев государство наделяло земельным участком, таким же, какой они имели прежде в Карелии, чтобы можно было заново отстроиться и заниматься земледелием. Но Хермана Хукканен земледелие интересовало мало, ему хотелось заниматься совсем другим – быть редактором, например, или художником. Поэтому даровую землю он отдал своей сестре, а сам перебивался на случайных работах. Синикка к тому времени уже не была единственной дочерью в семействе. В Финляндии родились ее сестренка и двое братьев.

Любимой игрой старшей сестры была игра в школу. Ох, и доставалось нерадивым «ученикам» Синикки! Что за безобразие, учитель объясняет, а они не понимают! С самого детства Синикка твердо знала, что будет учителем. И никем другим.


Учительница, жена, мама

После школы она окончила педагогический институт в Савонлинна и стала учителем младших классов – с первого по шестой. Искать рабочее место нужно было самостоятельно. Для Синикки оно нашлось в городке Сулкава, что в сорока километрах от Савонлинна. Еще перед устройством на работу в школе ей пришлось зайти в городской магистрат – по вопросам жилья и другим делам. Один молодой мужчина так внимательно присматривался к Синикке, что она это заметила. Потом неожиданно получила от него письмо. Потом было время некоторых сомнений – ей хотелось работать все-таки не в Сулкава, а в Савонлинна. И Синикка пошла за советом к своей институтской преподавательнице, которая стала ей за годы учебы настоящим другом.

Один Бог знает, почему та сказала: «Твое место в Сулкава! И даже если ты сама туда не попросишься, я напишу заявление с просьбой направить тебя туда». И Синикка поехала. А там ее ждал тот самый мужчина – мэр Сулкава и будущий муж Синикки Хукканен. И совсем скоро она стала носить фамилию Таскинен.

Следующие четыре года были счастливейшим временем. У обоих была любимая работа, жилье. Родилось двое чудесных сыновей – Ансси и Киммо. А потом пришло горе. Когда одному малышу было три, а другому всего годик, Синикка овдовела. Ее супруг страдал врожденным заболеванием сердца. Он не умолчал об этом – все рассказал своей невесте еще до свадьбы. Но любовь победила страхи, и Синикка все равно стала его женой.

Каково ей было жить в ожидании неизбежного, никому неведомо. Но, как бы она ни крепилась, подготовиться к такой утрате невозможно. И вот его больше нет – любимого мужа и отца их сыновей…


Исцеление музыкой

Было очень тяжело. Так тяжело, что сердце молодой женщины разрывалось на части. Но на руках у нее остались дети, а в душе – крепкая вера. И, превозмогая боль, Синикка во всем положилась на Бога. А сама с головой ушла в работу.

На выручку пришла музыка. Родители Синикки были очень музыкальными людьми, оба играли на мандолине, а мама еще танцевать очень любила. Сколько Синикка себя помнит, музыка всегда звучала в родительском доме, и она сама кое-чему научилась у матери с отцом.

А в Сулкава Синикку так настойчиво отправляли не только потому, что в местной школе имелось место учителя. Еще в этом городке был знаменитый на всю Финляндию женский хор, которым более сорока лет руководила одна и та же дама. Вот ее и заменила молодая учительница, когда пришло время проводить почтенную предшественницу на пенсию. Днем - школьные занятия, по вечерам – хор. За сыновьями присматривала няня. Но после потери мужа такой нагрузки Синикке оказалось недостаточно. И вновь она обратилась за советом и помощью к своей мудрой подруге-преподавательнице. «Мне сейчас так тяжело, - попросила, - научи меня играть на органе!».

Год спустя Синикка Таскинен получила диплом кантора – ответственного за церковную музыку. Вечерами она приходила в церковь и садилась за орган. Она играла, играла, не замечая, как проходит время… Уносящиеся под своды могучие звуки музыки волшебным образом залечивали раны в ее душе.


Мужчины тоже поют!

Минуло пятнадцать лет с той поры, как Синикка возглавила женский хор. И вдруг ей пришла в голову мысль: а почему бы мужчинам тоже не петь? Она поместила в местной газете объявление о том, что ждет мужские голоса в хоре Сулкава. Что бы вы думали – через две недели к хору присоединились сорок восемь мужчин! Это было весело! И закипела работа. Одна за другой появлялись новые творческие идеи, рожденные новыми возможностями.

Отдавая много времени педагогике и музыке, Синикка ни на миг не забывала о собственных детях. Ей удалось воплотить в жизнь все свои заветные мечты. Она даже сделала то, о чем попросил ее умирающий муж: «Попробуй добиться того, чтобы наши сыновья росли в своем хорошем доме». И она добилась. У них с мальчиками был огромный дом с красивым садом. А когда сыновья выросли, получили образование и собрались уезжать из маленького Сулкава, дом пришлось продать. Особенно жалко было расставаться с садом. Она купила себе квартиру в Савонлинне, но до сих пор пользуется каждым удобным случаем, чтобы побывать в Сулкава. 

И с какой же гордостью Синикка рассказывает о своих сыновьях! Старший, Ансси, после окончания университета в Йоэнсуу стал историком. А Киммо – известный фотожурналист хельсинкской газеты «Саномат-лехти», к тому же в Финляндии выходят книги с его оформлением. Видно, в дедушку пошел.


Здравствуй, родная Карелия!

Жизнь была переполнена разными событиями, но Синикку частенько посещали воспоминания о родной Карелии. Сердце тосковало и звало ее на родину, теплилась надежда – побывать, повидать.

Впервые удалось съездить в Карелию в 1991 году, правда, тогда еще переезд через Ниирала был запрещен. И Синикка обогнула Ладогу, добравшись до Питкяранты со стороны Ленинграда. Ее двоюродная сестра, едва они прибыли в Койриноя, сразу узнала родные места. И какой безмерной была их радость, когда они обнаружили, что дом, тот самый тетин дом, перевезенный из Койвусельги, целехонек! Конечно, там давно жили другие люди. Но времена изменились, и встречали местные жители приезжих очень тепло.

А потом судьба свела Синикку с человеком, который открыл ей путь к утерянной родине. В их церкви выступал пастор Рейно Летонсаари, который курировал все приходы в Карелии, в том числе и евангелическо-лютеранский приход в Питкяранте. После выступления он вдруг передал всем привет из Питкяранты, что чуткий слух Синикки уловил в мгновение ока. Едва дождавшись подходящего момента, она обратилась к Рейно с вопросами. Уже позже он смеялся: «А я-то тогда подумал – ну, вот еще одна просительница в попутчицы!» Побывать в Карелии тогда хотели очень многие.

С той поры Синикка и ездит в Карелию. И в любимой Питкяранте смешанный хор из Савонлинна, который отметил уже десятилетний юбилей, многие знают. И с нетерпением ждут, когда они приедут и выступят, как повелось, в зале музыкальной школы, где так дивно звучат голоса. А самое запоминающееся – это концерты духовной музыки, когда поют и коллектив Синикки Таскинен, и наш женский академический хор, чьим руководителем Тамарой Королевой ее финская коллега искренне восхищается, и хоры других религиозных общин.

***

Что сказать напоследок? Если вас заинтересовал мой рассказ, и захотелось увидеть его героиню – приходите в следующий раз на такой концерт. Взрывной темперамент Синикки – дирижируя, она успевает улететь на небеса, промокнуть вдохновенную слезу, спуститься на землю и метнуть взгляд на того, кто сбился с нот, светло улыбнуться и благодарно прижать руки к сердцу, когда стихнет последний звук – у многих из зрителей меняет их представление о сдержанной финской натуре.

Такой и мне довелось увидеть ее, когда она согласилась рассказать историю своей жизни. Только на самых тяжелых местах повествования, Синикка не плакала, а умолкала на миг. Потом, привычно поборов слабость, она подпрыгивала и, всплеснув руками, вспоминала что-то очень веселое. Вот такая она – Синикка Таскинен, уроженка деревни Койвусельга, наша ближайшая соседка.


Р.S. Большое спасибо добровольному переводчику Кларе Федоровне Кобзаревой за помощь.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Материалы о Карелии и не только

В гостях у бабы Дуси
Когда в Ведлозере появились объявления о том, что Outti-buabo (баба Дуся) приглашает всех желающих поговорить о том о сём за чашкой ...
О чем мечтает участковый
В рамках проведения дня "Город - село" сюда приехала правительственная бригада, возглавляемая Татьяной Лебедевой. В ее составе ...