Сергеев И.И. ЗАГОВОР ГЕНЕРАЛОВХудожественно-документальная повесть

Заговор генералов

"Заговор генералов" - само название звучит тревожно, предостерегает. И книга получилась пронзительная, задевающая за сердце. И не только отдельного читателя, а может быть, даже людей целого народа. Того самого, против которого готовился заговор, чтобы выселить, вывезти в далекую Сибирь, на вымирание. Готовилось выселение карельского народа. Очередное преступление против сотен тысяч ни в чем не повинных людей. К сожалению, часто бывает так, что судьбу целого народа, небольшого, а иногда и большого, даже великого, решают не самые умные и добрые, а как раз самые недалекие и беспощадные.

Повесть о заговоре красных генералов - это тоже обличительный документ ушедшей эпохи. К несчастью, автор Иван Ильич Сергеев не успел увидеть свою вышедшую книгу. Не дожил. Всего-то два месяца. Но его правдивая, увлекательная повесть, написанная живым языком, пришла к читателю.

В. ПОТИЕВСКИЙ, писатель. М. ГОШКИЕВ, депутат Законодательного собрания

1. Штеменко, продолжает автор "Замечаний", используя свое высокое положение, незаслуженно бросает упрек в адрес работников штаба Карельского фронта, считая их хуже работников бывшего Волховского фронта. Последние обладали опытом руководства крупными наступательными операциями и т. д. Потому, дескать, было решено заменить весь аппарат управления Карельского фронта работниками Волховского фронта. Такой маневр был очень нужен (см. с. 375). Я думаю, пишет далее Куприянов, такой маневр был непродуманным и ненужным. Кроме того, это было незаслуженным оскорблением многих энергичных, опытных и способных работников управления Карельского фронта. Решение о замене одних другими, принятое в феврале месяце 1944 года, было ошибочными и вредным для дела.

2. Я хорошо знал тех и других работников, продолжает Куприянов в "Замечаниях", и хорошо помню ту сумятицу, которую вызвало это неоправданное решение. Были смещены со своих постов и заменены "опытными волховцами" те самые штабные работники, которые хорошо руководили войсками в тяжелых оборонительных боях в 1941 году и отстояли Мурманск, полуостров Рыбачий и Средний, не дали врагу перерезать Мурманскую железную дорогу в районе Кандалакши, ст. Лоухи и Беломорск, сохранив железнодорожное сообщение Мурманска с центром страны, не дали врагу форсировать Свирь на главном направлении и защитили с востока Ленинград.

3. Называя коллектив штабных работников Волховского фронта опытными и знающими, автор книги "Генеральный штаб в годы войны", однако на стр. 392 опровергает самого себя. Штеменко пишет, что в августе 1944 года Ставка Верховного Командования указала Военному Совету Карельского фронта, что "последняя операция левого крыла Карельского фронта закончилась неудачно в значительной степени из-за плохой организации руководства и управления войсками. Одновременно Ставка отмечает засоренность фронтового аппарата бездеятельными и неспособными людьми".

Так ведь эти бездеятельные и неспособные люди и были из того самого "сплоченного коллектива", хорошо знающие условия войны на Севере и обладавшие опытом руководства крупными наступательными операциями, о которых так пространно говорит Штеменко на странице 375.

Основная ошибка Генерального штаба, согласившегося с мнением К. А. Мерецкова и рекомендовавшего Ставке заменить весь аппарат управления Карельского фронта волховчанами, заключалась в том, что никто из работников Генерального штаба и, в первую очередь, из работников оперативного управления, не подумали о том, что работники Волховского фронта воевали 2,5 года с немцами, а с пе-реходом на Карельский фронт им надо воевать с финнами.

Кто же сейчас не знает того, что тактика финнов как в наступлении, так и в обороне значительно отличалась от тактики немцев? Это должен был знать еще тогда и С. М. Штеменко.

А офицеры-волховчане подходили при разработке планов и к оценке любого боя в Свирской операции со своей меркой, исходящей из опыта, накопленного в войне с немцами. Эта мерка не годилась в войне с финнами.

Отсюда вытекали все недостатки, имевшие место в проведении наступательной операции от Свири до Медвежьегорска на запад к госгранице с Финляндией. О чем и сказано в оценке этой операции Ставкой Верховного Командования.

"Высокомерие, пишет далее Г. Куприянов, дошло до того, что волховские "победители" стали распространять версию о якобы отрицательном и даже враждебном отношении карельского населения к войскам. Они собрали материал и официально поставили вопрос перед Сталиным о ликвидации Карельской республики и поголовной репрессии всех карел, вепсов и финнов по примеру крымских татар, калмыков и т. д.

...Точку зрения Штыкова, Мельникова и Калашникова о необходимости поголовной репрессии карел, разделил и поддержал... и К. А. Мерецков".

В "Замечаниях" Г. Куприянова содержится масса сведений о недостойных действиях группы генералов.

К сожалению, Штеменко не счел нужным во имя объективности снизойти до разговора с бывшим генерал-майором или объективно проанализировать действия генералов-заговорщиков. Командование Карельского фронта под руководством Мерецкова по сути не выполнило большей части стратегической задачи, поставленной Верховным перед фронтом.

В книге о том почти ни слова. Зато в ней много места уделено описанию быта Сталина.

Возможно, потому книга Штеменко "Генеральный штаб в годы войны" подвергнута серьезной критике не только Г. Куприяновым. Кстати, он среди критиков первым высказал замечания. После него книга подвергалась критике множество раз в самых разных изданиях.

Наиболее сжато и лаконично о книге отозвался М. А. Шолохов. Он так охарактеризовал ее: "Книга рассчитана на обывателя". Почему в книге Штеменко столько ошибок? И практически ни единого признания в промахах Генштаба?

Ответ приходит, как только начинаешь знакомиться с мемуарами. Высшие военачальники всех участвовавших во второй мировой войне армий, включая немецко-фашистскую, Финскую, Британскую, Соединенных Штатов, воспоминания о войне или о ее отдельных этапах написали еще в 1945- 1947 годы. В Советском Союзе мемуарная литература начала издаваться лишь в 60-е годы, т. е. спустя 20 лет, как о войне рассказали генералы-агрессоры, генералы-союзники.

К началу 60-х годов общественное мнение Советского Союза начало требовать своей, нашей оценки второй мировой войны. До этого война в СССР изучалась в основном по пресловутым - "Десяти Сталинским ударам". Можно ли было говорить о серьезном анализе боевых действий на десятках фронтов, если "Десять ударов..." были сплошным триумфом гения Сталина как Верховного Главнокомандующего?

И пошли писаться книги: сначала маршалов, командующих фронтами, потом чином пониже. Словом, началось соревнование между авторами и издательствами. А правда войны оставалась в стороне. Между тем абсолютное большинство мемуаристов до этого не писали не только книг, даже газетных заметок. Многие из них имели, если не считать разных курсов, пусть называемых академиями, образование на уровне советской семилетки.

Страдала истина, искажались причины войны, уровень подготовки к ней, ее начало. Преуменьшались потери, преувеличивались победы. В то время о многом открыто нельзя было сказать. Не избежали этого греха и мемуары Г. Н. Куприянова, хотя и в меньшей степени.

Но читателю неважно, кем написаны книги: маршалом, генералом, солдатом. Ему - выкладывай всю правду целиком.



Материалы о Карелии и не только

5. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ РЫБ В ОЗЕРАХ
Ознакомившись с образом жизни промысловых рыб в озерах Карелии, мы видим, что различные породы их населяют несходные части больших ...
Карта расселения карел Карельской АССР (1989 год)
Расселение карел Карельской АССР (по данным переписи 1989 г.) 1 - Петрозаводск; 2 — Лоухи; 3— Калевала; 4— Кемь; 5— Беломорск; ...