Сергеев И.И. ЗАГОВОР ГЕНЕРАЛОВХудожественно-документальная повесть

Заговор генералов

"Заговор генералов" - само название звучит тревожно, предостерегает. И книга получилась пронзительная, задевающая за сердце. И не только отдельного читателя, а может быть, даже людей целого народа. Того самого, против которого готовился заговор, чтобы выселить, вывезти в далекую Сибирь, на вымирание. Готовилось выселение карельского народа. Очередное преступление против сотен тысяч ни в чем не повинных людей. К сожалению, часто бывает так, что судьбу целого народа, небольшого, а иногда и большого, даже великого, решают не самые умные и добрые, а как раз самые недалекие и беспощадные.

Повесть о заговоре красных генералов - это тоже обличительный документ ушедшей эпохи. К несчастью, автор Иван Ильич Сергеев не успел увидеть свою вышедшую книгу. Не дожил. Всего-то два месяца. Но его правдивая, увлекательная повесть, написанная живым языком, пришла к читателю.

В. ПОТИЕВСКИЙ, писатель. М. ГОШКИЕВ, депутат Законодательного собрания

Дело шло к перемирию между Советским Союзом и Финляндией.

Финской армии предстояло участвовать совместно с Карельским фронтом в изгнании войск вермахта с территории Мурманской области. Ее обяжут воевать против вчерашнего союзника и тем ускорится поражение немцев на Севере. После этих и многих других сложных и зачастую противоречивых событий наступит здесь, наконец мир.

Судя по всему, нас должны были перевести с центрального участка Карельского фронта на Крайний Север. Вместо этого во второй половине сентября сорок четвертого года все недавнее пополнение шестнадцати-семнадцатилетних красноармейцев было снято с передовой.

Мы гадали, куда нас отправят дальше. Я уже сдал свой пулемет и спустился в землянку. Она длиннущая, рассчитана на два взвода. Стараюсь ступать на еще не промокший баланс, который при каждом шаге погружается под ногой и тут же пробкой всплывает. Воды поверх глинистого пола - выше щиколотки, а глина так припечатывается к ботинкам, что только ветками и отскребешь, их перед входом целая куча.

Внутри сырость и туман, что делается в другом конце землянки, не видать. Стягиваю промокшее обмундирование и складываю под себя: обмотки и брюки под низ, гимнастерку сверху. За ночь под сонным телом все высохнет. Сон не приходит, мучают беспокойство и обида. Как же это вдруг мы оказались лишними? В труднейшем рывке отбросили врага к старой границе и отвоевались? На какие фронты нас переведут? И почему, собственно, мы должны уходить отсюда? Враг по-прежнему на Севере, и каково доверять Финляндии, если она, особенно ее северная часть, наводнена гитлеровцами? Смогут ли финны самостоятельно прогнать немецких вояк и захотят ли?

В этих условиях снимать нас с фронта, нас - карелов, финнов, вепсов, привычных к северному климату, для которых лес - дом родной? Что-то здесь не так... Приглушенно доносится с другого конца землянки голос Бурого. Он беседует с сержантом Андреевым, командиром другого отделения.

- Ну что ты тут попишешь? - сокрушается старшой. - Только поднатаскал ребят, да чуть-чуть пообстрелялись - и на тебе! Выводи с позиций! Да парни-то какие! На лету все схватиывают, их и учить-то одно удовольствие! - командир вздохнул и после паузы продолжал: - Руки у них растут, откуда надо! Особенно эти... - тут я услышал наши с Петей фамилии.

- И чем не угодили? - продолжал возмущаться Бурый.

- А может, как-нибудь уговорить майора, чтобы их не трогали? - в голосе Андреева не было заметной уверенности. - Попроси его, чем черт не шутит? Напомни, невзначай, как ты его, раненого, из-под обстрела вытаскивал, неужто не уважит?

- Ну, знаешь, неловко как-то об этом напоминать! Да и кто его будет слушать в высших штабах? - Бурый надолго замолчал.

- Попытка не пытка, - снова начал отделенный.

- Да толку-то! - стал раздражаться командир. -

Сколько по весне вызвали из нашего полка офицеров в Беломорск? Двух комбатов, командиров рот, взводных, тоже карелы были. Где они все теперь? Ни единой души в полк не вернулось!

- Так то ж офицеры! - стоял отделенный на своем, - может, их куда-то на другой участок перекинули?

- Слышал, их долго в Беломорске мариновали, при штабе фронта, - отозвался старший сержант. - И вообще, не береди душу, лучше помалкивай. Вспомни нашего замполита...

Что, каждой пуле кланялся? Чем худой был мужик? Туда же, в Беломорск! И нет в полку замполита. Разве кого из политруков-карелов оставили на нашем участке? Никто из Беломорска не вернулся! - от напряжения голос старшого осекся.

- Выходит, и этих парней им вслед? - недоумевал Андреев.

- Ясно, что не к мамке титьку сосать! Парни, видать, повсему, совестливые, скромные, матерных слов не любят.

- Ну, эта наука скорая, - рассмеялся командир отделения. - Наши матюгальщики таким коленцам научат!

Послышался топот ног и булькание воды. В землянку спускались красноармейцы. Они моментом разделись и растянулись на нарах, прикрывшись шинелями, и через считанные минуты жилище наполнилось храпом. Я ушам не верил, что так могут храпеть шестнадцатилетние и по-прежнему не мог заснуть: нары казались жесткими, холодила снизу мокрая амуниция. В уме прокручивались обрывки невольно услышанного разговора. Если мы на фронте не делаем погоды, зачем же нас после недели копания в земле бросили на передовую? Доверили оружие? Стойкость, что ли, прощупывали? Преданность проверяли? А может, провоцировали, вдруг не ровен час, кто-то и переметнется на сторону врага?

Подстилка колола сотнями хвойных иголок, пробиваясь через распластанную одежку, и сомнения прокрадывались в душу: а вдруг кто-то из наших дал стрекача к финнам? Перебрал мысленно всех и устыдился: как посмел о ребятах так подумать?

Утром мы получили сухой паек, приладили вещмешки, прозвучала команда на построение и айда, солдатики!



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Материалы о Карелии и не только

Реально ли сегодня возродить деревню?
Бывает, идешь по улице, смотришь на пустующие дома по обе стороны дороги, их черные окна... Невольно представляешь, как горела за ...