Сергеев И.И. ЗАГОВОР ГЕНЕРАЛОВХудожественно-документальная повесть

Заговор генералов

"Заговор генералов" - само название звучит тревожно, предостерегает. И книга получилась пронзительная, задевающая за сердце. И не только отдельного читателя, а может быть, даже людей целого народа. Того самого, против которого готовился заговор, чтобы выселить, вывезти в далекую Сибирь, на вымирание. Готовилось выселение карельского народа. Очередное преступление против сотен тысяч ни в чем не повинных людей. К сожалению, часто бывает так, что судьбу целого народа, небольшого, а иногда и большого, даже великого, решают не самые умные и добрые, а как раз самые недалекие и беспощадные.

Повесть о заговоре красных генералов - это тоже обличительный документ ушедшей эпохи. К несчастью, автор Иван Ильич Сергеев не успел увидеть свою вышедшую книгу. Не дожил. Всего-то два месяца. Но его правдивая, увлекательная повесть, написанная живым языком, пришла к читателю.

В. ПОТИЕВСКИЙ, писатель. М. ГОШКИЕВ, депутат Законодательного собрания

Скоропалительное выдворение нас из курсантского подразделения и нежелание офицеров объяснить суть происходящего, наконец, путаные ответы сержанта, а он наверняка был в курсе нашей дальнейшей судьбы, вконец повергли многих из нас в уныние. Мы чувствовали себя лишними и никому не нужными. С того печально памятного дня многие из нас даже стали опасаться разговаривать по-карельски и без надобности общаться друг с другом. Наступило тревожное ожидание. Мы словно были загнаны под глухой колпак. Отсутствовала вообще какая-либо информация. Наши умы и души питались лишь слухами. Но и между собой откровенничать особо не смели. Знали, что каждое неосторожное слово тут же станет достоянием особистов.

Пожалуй, единственным невозмутимо рассудительным в этой ситуации оказался Саша Ишанин. И его поведение нас несколько подбадривало и успокаивало. В городке было четыре роты. Не только они - даже взводы занимались отдельно, поэтому со многими своими лучшими товарищами, в том числе и с Сашей мы виделись разве в столовой да утром на разводе. В столовую мы шли повзводно, ибо рота в полном составе могла бы утонуть в опилках, из кото-рых состояла вся дорожная основа.

С Сашей Ишаниным нас однажды разлучили, правда, ненадолго, но и эти недели показались мне беспросветно грустными. Не будь рядом Петра Терентьева, не знаю, как и выдержал бы разлуку. Дружба в условиях военного времени значила очень многое. С Сашей я познакомился на станции Кемь перед отправкой в Вологду. Разговорились мы тогда с ним и подружились крепко и надолго. А с Петром встречались еще в Ведлозере, оказались рядом на медицинском осмотре. Он показался мне несколько чудаковатым и неунывающим пареньком, этим и понравился. Как только пришли финны, он был направлен на уборочные работы, а потом на сплав, как и я. Саша Ишанин, в отличие от нас, мог считаться героем. Около трех лет провел он, кстати, об этом впоследствии в своих мемуарах упомянет Г. Куприянов, в каторжной Киндасовской тюрьме. Вот каким образом он там оказался.

Когда враг занял Шелтозеро, всех взрослых привлекли на оборонные работы. Мальчишек послали в лес на заготовку дров. Им определили дневную норму. Справился, считай себя свободным. Не осилил - хоть ночуй в лесу. 13-летний Саша вскоре наловчился выполнять задания раньше установленного срока. Работать, конечно, приходилось не просто - в поте лица, в мыле. Повалит, бывало, дерево, тут же распилит на чурки; потом сложит их в штабель. Так день за днем. Как-то Саша быстрее обычного осилил норму и решил уйти домой. Но за ним приперся староста.

Вообще-то к старосте он относился, как скажет после, терпимо. Староста не шибко гнул спину перед оккупантами и не лез, как говорится, на рожон при встречах со своими. Но в тот вечер, похоже, "коса нашла на камень". Скорее всего, потому что Саша сильно уморился, недоспал и был голоден.

- Ты почему так рано домой? - спросил староста Сашу.

- Я уже сделал норму, - ответил лесозаготовитель.

- Возвращайся назад! - староста перешел на приказной тон. - Я приду проверить твою работу.

- Это можете сделать и без меня, - паренек начал объяснять, где лежат заготовленные чурки.

Староста недослушал его:

- Сказано, дуй в лес!

Саша понял, что до старосты его слова не доходят, и его словно затмило.

- Холуй вражеский! - выкрикнул паренек. – Пошел вон!

Староста пытался схватить его за шиворот и вытащить на улицу, может, даже отвести в штаб к финнам. Александр показал такую прыть и изворотливость, что староста изумился. Саша увернулся, бросился в сени, схватил со стены косу и двинулся на обидчика. Тот успел чем-то загородиться, иначе дело могло бы кончиться совсем плохо.

- Гадина! - орал Саша, размахивая косой. – Сейчас ты за все получишь!

В тот день его арестовали и увезли в Петрозаводск в тюрьму, которая оказалась нынче в центре города. В ней уже сидело несколько карелов. Были и финны, отказавшиеся воевать против русских.

Начались допросы. Следователь выпытывал о мотивах преступления. Кто и когда дал ему задание зарезать старосту?

Допросы длились день за днем около недели.

Видимо, удовлетворившись его объяснениями, финны отвезли Сашу, как уже было сказано, в Киндасовскую тюрьму, что в шестидесяти километрах от столицы Карелии. В ней- Саша томился без малого три года.

Вот таким я узнал Ишанина осенью сорок четвертого года. Мы с ним изредка встречаемся до сих пор.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Материалы о Карелии и не только

Почетный житель Пряжинского района из Ведлозера
Ведлозерское сельское поселение славится трудолюбивыми и талантливыми людьми. Одна их них - Засекова Анна Петровна, Почетный ...
Реальные доходы жителей Карелии уменьшились на 39,7%
Как сообщает Карелиястат, в январе 2009 года реальные денежные доходы населения уменьшились на 5,8% по сравнению с январём 2008 года. ...