A A A Ц Ц Ц Ц

ШРИФТ:

Arial Times New Roman

ИНТЕРВАЛ:

х1 х1.5 х2

ИЗОБРАЖЕНИЯ:

Черно-белые Цветные
Ведлозерское сельское поселение
Пряжинский национальный муниципальный район

В ходе Северной войны (1700—1721 гг.) Россия одержала победу над сильнейшей в то время европейской державой — Швецией и окончательно утвердилась на берегах Балтийского моря. Выход на Балтику и реформы Петра I в области экономики, финансов, военного дела и др. существенно способствовали развитию товарно-денежных отношений и росту производительных сил страны.

Северная война и петровские реформы затронули и Карелию, отразились на всех сторонах жизни карельского народа. На плечи населения края ложились немалые тяготы войны. Часть годных к военной службе карел была мобилизована и сражалась в составе русских регулярных войск. Жители карельских погостов вместе с русским населением участвовали в ремонте старых крепостей и строительстве новых военных укреплений, помогали небольшим воинским подразделениям нести пограничную службу и отражать

многократные нападения шведских войск на местность, прилегав-шую к Олонцу, и на территорию Лопских погостов.

Как и в прежние времена, карельское население вело против врага активную партизанскую борьбу, особенно в начальный пери-од войны. Известны, например, действия олонецких партизан под руководством «карельского выходца» священника Ивана Окулова. Его отряд, насчитывавший до тысячи человек, наносил чувстви-тельные удары по шведским гарнизонам, расположенным в северном Приладожье. Во время одного такого похода, по сообщению первой русской газеты «Ведомости», партизаны И. Окулова разгромили четыре вражеские заставы и обратили в бегство отряд шведской кавалерии, захватив при этом богатые военные трофеи. Ратные дела карельских партизан получили одобрение царя, который отметил И. Окулова и его сподвижников наградами.

Многие жители карельских селений были привлечены к участию в важном военном мероприятии Петра I — сооружении так называемой «Осударевой дороги». По приказанию царя летом 1702 г. ценой огромных усилий тысяч карельских и русских крестьян за короткий срок через лесные чащи, реки и болота был проложен путь от Нюхчи до Повенца, по которому для военных дей- ггвий в южном Приладожье из Белого моря в Онежское озеро перетащили волоком два фрегата и перебросили собранные в Архангельске воинские части. Они приняли участие в штурме и взятии шведской крепости Нотебург (бывшая русская крепость

С самого начала Северной войны и до ее окончания население было обязано в принудительном порядке участвовать в перевоз-

Рост перевозок по водным путям требовал увеличения количества речных судов. Были построены Сясьская, а затем и самая крупная — Олонецкая (Лодейнопольская) верфи на р. Свирь. Для строительства судов не только в Олонецком уезде, но и за его пределами в широких масштабах набирали славившихся своим искусством олонецких плотников. Тысячи крестьян, приписанных к верфям, заготовляли и доставляли туда корабельный лес, смолу и другие материалы. Население Олонецкого уезда, в том числе и карельское, сыграло немаловажную роль в создании русского

Самое широкое участие население Карелии в годы Северной войны приняло в строительстве, а затем и обслуживании Олонецких Петровских металлургических заводов, игравших первостепенную роль в снабжении армии и флота вооружением, боеприпасами

К началу Северной войны в Заонежье продолжали действовать четыре небольших частных железоделательных завода. Однако они, хотя и приступили к выполнению военных заказов и вскоре были отобраны в казну, не могли обеспечивать все возрастающие потребности в металле. Поэтому правительство решило приступить к строительству новых, более крупных и совершенных казенных металлургических заводов. В том же Заонежье в короткий срок возникли Алексеевский и Повенецкий железоделательные заводы. Осенью 1703 г. в Шуйском погосте на берегу Онежского озера, в устье р. Лососинки, началось строительство самого крупного металлургического завода, названного Петровским. (Возникшая рядом с ним слобода положила начало будущему городу Петрозаводску.) В 1707 г. стал давать продукцию Кончезерский медеплавильный и железоделательный завод.

Казенные Олонецкие Петровские заводы уже в первое десяти-летие своего существования в значительной мере обеспечивали нужды армии и флота в вооружении. Они изготовили до тысячи орудий, большое количество ядер, ружей, корабельных якорей и других изделий. Подъема олонецкая казенная металлургия достигла во втором десятилетии XVIII в. В это время в полную силу работали Петровский, Повенецкий и ставший железоделательным Кончезерский заводы, на которых было сооружено несколько новых доменных печей, позволивших существенно увеличить выплавку металла и, следовательно, наращивать выпуск не только воору-жения, но и некоторых видов мирной продукции. Способствовало этому также и увеличение на заводах численности квалифициро-ванных кадров металлургов и оружейников. С окончанием Север* ной войны, когда отпала необходимость производить в большом объеме военную продукцию и продолжала развиваться металлурги^ ческая промышленность на Урале, Олонецкие Петровские заводы, ставшие для казны убыточными, начали приходить в упадок и к середине 30-х гг. XVIII в. кроме Кончезерского, совсем прекратили свою деятельность.

Резкое падение казенной карельской металлургической про-мышленности все же не означало полной ее ликвидации. Уже к середине XVIII в. вновь несколько оживилось производство железа и железных изделий на Кончезерском заводе. В 1752 г. рядом с развалинами Петровского железоделательного завода был построен медеплавильный, тоже названный Петровским. Через двадцать лет, в 1773—1774 гг., там же, в Петровской слободе, возник Александровский пушечный завод, являвшийся до начала XIX в. одним из крупнейших и передовых по техническому уровню предприятий металлургической промышленности России.

Олонецкая крупная казенная металлургическая промышленность, возникшая вблизи Онежского озера, непосредственно затрагивала лишь восточную окраину заселенной карелами территории, т. е. Шуйский и некоторые Лопские погосты, служившие вместе с северо-западным Заонежьем главной сырьевой, прежде всего железорудной и топливной, базой Петровских заводов. Тем не менее, заводы вначале и потом втягивали в орбиту своей деятельности карельское, равно как и русское, население не только близлежащих Meet, но и самых отдаленных районов, оказывали всестороннее влияние на социально-экономическое развитие всего карельского края.

Строительство и обслуживание Олонецких Петровских заводов, а позднее и других казенных предприятий Олонецкого горного округа требовало много рабочей силы. Эту проблему в условиях феодального строя власти решали путем приписки к заводам крестьянского населения прилегающих районов. В основе такой приписки лежал принцип внеэкономического принуждения. Первыми в ведении администрации Олонецких Петровских заводов оказались крестьяне Кижского погоста, приписанные к заводам Бутенанта задолго до их перехода в казну. Но они работу новых заводов явно не обеспечивали, и в течение 1704—1705 гг. к ним приписали фактически все население (свыше 48 тыс. мужских душ) обширного Олонецкого уезда и частично Поморья, в том числе и крестьян карельских погостов и волостей.

Заводские повинности, ставшие основной частью государственных повинностей, по разверстке должны были нести в той или иной форме все приписные крестьяне. Прежде всего на работу на основном заводском производстве отбиралось много карельских кузнецов, хорошо знакомых с крестьянским железоделательным промыслом. В качестве постоянных («вечных») работников — мас-теровых и работных людей — они стали верными помощниками русских мастеров, привезенных из Тулы и других городов, в деле организации литейного и оружейного производства. Кроме кузнецов и других специалистов тысячи крестьян по очереди постоянно мобилизовывались во всех уголках края на строительство и ремонт заводских помещений, плотин и других сооружений, для выполнения работ как на заводах, так и за их пределами. Наряду с отправкой на заводы большого числа постоянных и временных работников, главной обязанностью приписного населения стали заготовка строительного леса и дров, добывание руды, извести и камня, выжигание угля, курение смолы и доставка всего этого на заводы, а также обеспечение перевозок готовой продукции и других заводских грузов.

Кроме всех перечисленных работ для заводов, отнимавших у крестьян в течение года значительное время, приписное население, наравне с государственными крестьянами, несло и другие государственные повинности — поставка рекрутов, денежные и на-туральные налоги и т. п. В денежных поборах приписных крестьян большую долю составляли так называемые подможные деньги — для содержания посылаемых на заводы людей, которые до 1724 г. за заводские работы никакой платы от казны не получали. Нату-ральные и денежные сборы крестьяне должны были выплачивать не только за себя, но, будучи связанными круговой порукой, и за несостоятельных, разорившихся односельчан и опустевшие кресть-янские дворы.

Непосильные тяготы, возложенные на приписное население Ка-релии в годы Северной войны, резко усилили феодальный гнет и ухудшили экономическое положение крестьянства, повсеместно оказавшегося на грани полного разорения.

В связи с начавшимся сокращением деятельности Петровских заводов некоторые более отдаленные районы (часть Олонецкого уезда, Карельское Поморье) были освобождены от приписки к за-водам и несения заводских повинностей. К 30-м гг XVIII в. общее число приписных крестьян уменьшилось до 13 тыс. душ мужского пола. Однако начавшееся с 50-х гг новое оживление олонецкой казенной промышленности потребовало и нового увеличения при-писного населения. Уже в 1766 г. в подчинении администрации Олонецкого заводского округа находилось около 19 тыс. душ. В дальнейшем, до конца XVIII в., в численности приписных крестьян существенных изменений не произошло. По административному делению 80-х гг. территория Олонецкого горного (заводского) округа, состоявшего из семи вотчин, образованных в целях усиления полицейского надзора за крестьянами и подчиненных правлению заводов, охватывала главным образом только Петрозаводский уезд, в том числе чисто карельские Сямозерскую, Святозер- скую, Вешкельскую, Часовенскую, Вохтозерскую, Кунгозерскую, Салменижскую, Пряжинскую и Мангинскую волости, образовавшие Салменижскую вотчину, а также Линдозерский погост, Видан- скую, Петропавловскую, Мунозерскую и другие волости, полностью или частично заселенные карелами. Среди приписного населения Олонецкого заводского округа во второй половине XVIII в. карелы составляли не менее одной трети.

Виды обязательных работ и повинностей приписных крестьян в пользу казенных заводов и государства оставались прежними, но существенно росли их размеры. С 20-х гг. XVIII в. все крестьянское население облагалось подушной и оброчной податями, размеры которых во второй половине столетия значительно возросли. Основную часть этих податей приписные крестьяне обязаны были отрабатывать как барщину на заводских работах. Размер отрабо-точного оклада в первой половине XVIII в. составлял 1 руб. 10коп. с каждой ревизской души, но в 1760 г. он увеличился до 1 руб. 70 коп. При этом установленная в 20-е годы дневная плата за заводские работы оставалась крайне низкой и неизменной. В летнее время работнику с лошадью она составляла 10 коп., пешему — 5 коп., а в зимнее время соответственно 6 и 4 коп. Особенно резко увеличились повинности приписных крестьян в конце 60-х годов XVIII в. Это было вызвано началом работ на Тивдийских мраморных ломках и на строительстве Лижемского пушечного завода, куда в большом количестве мобилизовывались крестьяне даже в разгар полевых работ С 1769 г. по сенатскому указу оклад заводских повинностей увеличивался до 2 руб. 70 коп.; 1 руб. из них приписные крестьяне могли вносить деньгами.

Новый указ переполнил чашу тёрпения населения Олонецкого заводского округа и вызвал новую волну антифеодальной борьбы приписных крестьян, которая вылилась в открытое крестьянское восстание.

Следует отметить, что крестьяне олонецкой приписной деревни и раньше постоянно выступали против непосильных тягот заводских работ и повинностей. Прежде всего их стихийный протест проявлялся в многочисленных челобитных с требованиями уменьшить гнет, отказах посылать на заводы работников и бегстве не только с заводских работ, но и из своих селений. Наряду с такого рода протестами крестьяне нередко прибегали к более решительным мерам. Так, в 1715 г. карельское население Ребольского погоста, недовольное ростом эксплуатации, отказалось от выполнения непосильных заводских повинностей, и только военной силой удалось его привести в повиновение. В 40-х гг., в течение ряда лет, волнениями был охвачен весь Заонежский полуостров (За- онежье), где крестьяне упорно настаивали на отмене заводских повинностей.

В 1769 г. после повышения оклада заводских повинностей в том же Заонежье повсеместно стали собираться крестьянские сходы (суемы) для обсуждения сенатского указа. Крестьяне, страдавшие от непосильных заводских работ, истолковывали содержание указа в благожелательном для себя смысле: якобы 2 руб. они могли платить деньгами и только 70 коп. отрабатывать на заводах. Исполнение заводских повинностей в денежной форме было для крестьян более выгодным, ибо освобождение от заводских работ давало возможность им шире заниматься различного рода промысловой деятельностью. В конце года в Петербург отправились избранные на сходах ходоки для подачи коллективной крестьянской челобитной в Берг-коллегию с требованием отменить заводскую барщину. Одновременно крестьяне, ожидая благосклонного ответа из Петербурга, останавливали выполнение заводских нарядов.

Вслед за Заонежьем волнение охватило и другие районы Оло-нецкого горного округа, в том числе и все карельские волости. В результате почти полностью прекратились работы на строительстве Лижемского завода и на Тивдийских мраморных ломках.

Обеспокоенное размахом волнения правительство в надежде как-то усмирить крестьян оказалось вынужденным пойти на частичную уступку — отменить в марте 1770 г. обязательные работы на мраморных ломках. В административный центр горного округа — Петровскую слободу — прибыла следственная комиссия с единственной целью — склонить крестьян к повиновению. Однако присутствие следственной комиссии не изменило положения — крестьяне по-прежнему упорно отказывались выполнять заводские работы, и к концу лета 1770 г. заводская деятельность в округе почти полностью прекратилась. Только в начале следующего года новому главе следственной комиссии, прибывшему в округ со зна-чительной воинской командой, путем репрессивных мер и уговоров удалось добиться повиновения некоторой части крестьян округа. Старосты Сямозерской, Святозерской, Салменижской и Мунозер- ской волостей, а также некоторых селений карельской трети Киж-ского погоста явились с повинной. Все остальное приписное насе-ление по-прежнему проявляло свое явное непослушание.

Наивысшего подъема крестьянское движение достигло к весне 1771 г. В Кижском и других заонежских погостах оно переросло в открытое восстание приписных крестьян. Стойкость населения

Заонежья влияла и на крестьян других волостей округа. В част-ности, упомянутая выше повинная крестьян карельских волостей фактически оставалась чисто формальной, так как они не присту-пили к выполнению заводских работ.

К лету народное восстание начало ослабевать. 1 июля 1771 г. у ограды Кижского собора состоялось последнее народное собрание, на которое пришли почти две тысячи крестьян Заонежья. Соб-равшиеся продолжали стоять на своем, пока прибывший сюда карательный .отряд не произвел орудийного залпа по восставшим, в результате чего несколько человек было убито и ранено. После этого крестьяне прекратили сопротивление и решили покориться властям.

Кижское восстание приписных крестьян 1769—1771 гг. явилось одним из наиболее крупных антифеодальных выступлений на тер-ритории Карелии. В борьбе против феодального гнета объединяло усилия все приписное население горного округа независимо от национальной принадлежности — русские, карелы и вепсы, которые в равной мере несли тяжесть принудительного труда и кре-постнических горнозаводских порядков. Как и все народные дви-жения феодальной эпохи, Кижское восстание было стихийным и локальным. В своей борьбе приписные крестьяне оставались разобщенными и не имели руководящего центра. Они не нашли активной поддержки со стороны не приписанной к заводам части черносошных (государственных) и других крестьян края, которые не примкнули к восстанию. Антифеодальная направленность движения сочеталась с наивной верой его участников в царскую милость. Все это и определило слабость Кижского восстания и в конечном счете его поражение.

Жестокая расправа над активными участниками Кижского восстания не прекратила выступлений карельского населения против постоянно увеличивавшегося феодального угнетения. Борьба крестьян — как приписных, так и неприписных — в карельских и русских волостях Карелии продолжалась до конца эпохи кре-постничества. Она выражалась в крестьянских побегах, отказах исполнять подати и повинности и т. п. «Когда было крепостное право,— писал В. И. Ленин,— вся масса крестьян боролась со сво-ими угнетателями, с классом помещиков, которых охраняло, защи-щало и поддерживало царское правительство. Крестьяне не могли объединиться, крестьяне бьи югда совсем задавлены темнотой, у крестьян не было помощников и братьев среди городских рабочих, но крестьяне все же боролись, как умели и как могли»1.

В XVIII и первой половине XIX в. в условиях феодально-кре-постнического строя, несмотря на возникновение и дальнейшее, с периодами некоторого подъема и упадка, развитие казенной ме-таллургической промышленности, рост производительных сил в крае и особенно на территории, населенной карелами, происходил крайне медленно.

Деятельность казенной металлургий, которая сосредоточилась в районе к северо-западу от Онежского озера, располагавшем до-статочной сырьевой базой и удобными водными путями, непосред-ственно коснулась лишь карельских волостей, примыкавших к этой территории. В первой половине XVIII в. предпринимались попытки создать в других районах развития карельских крестьянских железоделательных «промыслов частные металлургические заводы (Тивдийский, Вохтозерский и др.)* Но деятельность частных пред-принимателей— купцов и разбогатевших крестьян — в области металлургии там оживилась только в 60—70-х гг. XVIII в.; был построен ряд железоделательных заводов — Киворецкий, Топорец- кий, новый Тивдийский, Туломозерский и др. Все они представляли собой капиталистическую мануфактуру на ранних стадиях раз-вития. На них использовался труд сотен наемных рабочих, работы производились при помощи различных механизмов. Тем не менее действовать успешно заводы долго не могли. Испытывая в условиях феодализма большие трудности в обеспечении дешевой рабочей силой и конкуренцию нового казенного Александровского завода, к концу 70-х гг. один за другим они прекратили свое существование.

Некоторое значение для хозяйственной жизни карельского на-селения имело возникновение в начале XVIII в. нескольких первых частных лесопильных заводов в районе г. Олонца, положивших начало лесопильной промышленности в крае. В дальнейшем центр лесопиления переместился в устья сплавных рек, впадающих в Онежское озеро, где к концу столетия имелось уже более двух десятков принадлежавших купцам и богатым крестьянам лесопильных заводов. Хотя большая часть их фактически оставалась вне карельской территории, лес для них в основном заготовлялся в карельских волостях. К рубке леса и доставке его заводам по сплавным рекам широко привлекались карельские крестьяне.

Сельское хозяйство как карельского, так и русского крестьянства Карелии в период Северной войны пришло в состояние полного расстройства, вызванного военными тяготами, легшими на плечи народа. Главную тяжесть составляло выполнение непосильных заводских повинностей. После войны земледелие и связанное ним животноводство постепенно были повсеместно восстановлены, но дальнейших существенных сдвигов в их развитии на протяжении всего XVIII и первой половины следующего столетия не произошло. Всюду у черносошных и приписных крестьян наряду с трехпольной системой сохранялось подсечное земледелие, которое к тому же вследствие правительственных ограничительных мер имело тенденцию к сокращению. Из-за нехватки пригодной для возделывания земли и крайне низких урожаев карельским кресть-янам, как и прежде, собственного хлеба никогда не хватало. Не-достающий хлеб приходилось покупать, а средства для этого искать в дополнительных неземледельческих занятиях.

В XVIII в. и позже не произошло существенных сдвигов и в промысловой деятельности карел. В связи с развитием казенной и частной металлургии переживали застой и упадок крестьянские железоделательные промыслы. Причиной этого, помимо сокращения поморского солеварения — главного потребителя крестьянского железа, явилось прямое запрещение крестьянам добывать для себя железную руду и выжигать уголь в районах действия металлургических заводов, а также в какой-то степени вытеснение кустарных железных изделий с местных рынков заводской продукцией.

Продолжали сохранять значение для крестьян и развиваться связанные с рынком такие виды промысловой деятельности, как судостроение, смолокурение, рыболовство, охота и др. Вместе с тем более широкий размах, чем раньше, получило отходничество, ибо при относительно слабом развитии местных промыслов отхожие промыслы за пределами края, в Петербурге, Москве и других городах и местностях, становились значительным источником крестьянских доходов.

Все это говорило о начале процесса разложения феодальной системы хозяйства и постепенном проникновении в Карелию но-вых— капиталистических отношений. Однако оба явления разви-вались здесь пока крайне медленно. На фоне общероссийского со-циально-экономического развития Карелия постепенно стала пре-вращаться в экономически отсталую окраину царской России.

Оживление металлургической промышленности в крае в XVIII в. вызвало процесс дальнейшей консолидации карельской народности. Этому в известной мере способствовало новое административное устроство, введенное в последней четверти века. Олонецкий уезд, входивший в состав Ингерманландской (Петербургской) губернии, в 1784 г. был преобразован в Олонецкое наместничество (губернию) с административным центром в г. Петрозаводске. (Петровская слобода, являвшаяся до того центром Олонецкого горного округа, в 1777 г. получила статус города.) Территория, населенная карелами, вошла в состав новых уездов — Олонецкого, Петрозаводского, Повенецкого и Кемского, переданного из Архангелогородской в Олонецкую губернию.

Деятельность казенных и частных железоделательных заводов и появление лесопиления в Карелии несколько укрепили внутренние, межрайонные экономические связи, и прежде всего связи почти всех карельских волостей с северо-западным Заонежьем — центром карельской металлургии. Заводские повинности и отхожие промыслы усиливали подвижность и взаимные контакты населения. Характерно, что именно в районе действия металлургической промышленности во второй половине XVIII в. наиболее ощутим стал процесс смешения собственно карел и людиков, нивелировки их языковых различий.

Как результат совместного несения карелами и русскими за-водских работ и развития среди карел внекраевого отходничества и торговых связей с русскими областями в XVIII в. происходило дальнейшее усиление контактов с русским населением не только соседних районов, но и других губерний. На этой основе продол-жался и процесс сближения карельского населения с русским. Русские продолжали оказывать плодотворное влияние на даль-нейшее развитие материальной и духовной культуры карел, обо-гащая ее элементами своей культуры. В этом заключалась главная особенность этнокультурного развития карельского народа в эпоху феодализма, она продолжала сохраняться и позднее.

Тем не менее в связи со слабым экономическим развитием края, постепенно превращавшегося в конце XVIII и первой половине XIX в. в отсталую окраину России, процесс дальнейшей консолидации малочисленной карельской народности происходил довольно медленно.

Для того, чтобы мы могли качественно предоставить Вам услуги, мы используем cookies, которые сохраняются на Вашем компьютере. Нажимая СОГЛАСЕН, Вы подтверждаете то, что Вы проинформированы об использовании cookies на нашем сайте. Отключить cookies Вы можете в настройках своего браузера.
Согласен